Чужие паруса - Страница 18


К оглавлению

18

– Мастер шторм-капитан… – не глядя на него, подал голос рулевой, лихо крутя колесо штурвала.

– Что еще?

– Согласно Кодексу, о факте отхода корабля положено извещать двумя короткими ревунами…

– Н-да?..

Дикс вроде бы говорил правду. И вроде бы никаких шалостей, типа на полном ходу направить броненосец на берег, совершать не собирался.

– Ну, положено – значит, положено. Дуди.

Матросик, пардон, уже бертольер поднял руку и дважды потянул за проволочную петлю, торчащую из переборки. Ночь прорезали два отрывистых вопля корабельного ревуна: «Уиау-у-у!.. Уиау-у-у!..»

– Молоток. Если не подведешь – скоро в люди выбьешься…

Так, еще одно дело сделали. Оставалось еще, конечно, навигационное оборудование, но с этим можно и попозже разобраться, когда (и если) отойдем на безопасное расстояние.

Палуба встретила Сварога пронизывающим ветром, темнотой и летящим в лицо вездесущим пеплом. Качка все усиливалась, на скрытом в клубящейся мгле Атаре продолжало громыхать, но уже приглушеннее. То-то еще будет… А как поживает наша зеленая звезда над Атаром? Звезда никуда не делась, горела себе спокойно и ровно. Отчего-то вызывая у Сварога чувство тревоги. Словно это огонек лазерного прицела, и ищет он именно его, Сварога… Он задействовал «кошачий глаз» и быстро огляделся. Адмиральский салон, кажется, там, туда вели раненого кронг-адмирала Вазара. Хватаясь за что попало, чтобы не упасть, он двинулся по ходящей ходуном палубе к кормовым надстройкам, темнеющим в отдалении – и нос к носу столкнулся с давешним парнишкой-вестовым.

– Мастер Сварог, мастер Пэвер докладывает, что освобождены жилая палуба, кубрик и…

Не сбавляя шага, Сварог уцапал пацана за шиворот и поволок за собой. Рыкнул, даже не играя раздражение:

– Я тебе говорил, сопля неразумная, чтоб вы на палубу не высовывались?!

– Так ведь я это, мастер капитан…

– А ну марш вниз!!!

Парнишка испуганно охнул, юркнул в сторону и нырнул в распахнутый люк, за которым угадывался ведущий в недра броненосца узкий трап. Сварог выругался сквозь зубы. Дети, етить их. Глаз да глаз… Он с натугой открыл броневой люк и нырнул в упоительно сухой и теплый колодец. По скоб-трапу спустился на палубу ниже. Движения броненосца не ощущалось, но Сварог на сей предмет беспокоился не особо: пока неповоротливая махина развернется, пока наберет ход…

Гор Рошаль, можно сказать, уже заканчивал. По-хозяйски расположившись за поставленным на место столом и постукивая пальцем по столешнице в такт словам, он негромко, скучным голосом вещал:

– …И шестое. Самое последнее и самое простое. Деваться-то вам некуда. Вы сдались в плен – в отличие, кстати, от своего шторм-капитана, не струсившего покончить с собой, вы вверили свою бесценную жизнь милости победителя, стало быть – вы изменили присяге. Вы – предатель, друг мой. Изменник. Думаете, если вам удастся чудом добраться до своих, кто-нибудь поверит сказке про горстку разбойников, захвативших броненосец? Про их главного предводителя, как две капли воды похожего на адмирала Вазара? Про женщину-волка и про то, наконец, что вы сами, собственноручно, доставили их на борт? В последнее, впрочем, поверят охотно. И если вас не расстреляют на месте, то остаток дней вы проведете в смирительной рубашке, тут и думать нечего… Мы же с вами оба профессионалы и оба прекрасно понимаем, что вы проиграли. Так найдите в себе мужество признать поражение… А вот, кстати, и главный предводитель шайки разбойников…

Гор Рошаль резво вскочил на ноги, бросил руки по швам и приветствовал вошедшего Сварога четким поклоном и громким докладом:

– Мастер шторм-капитан, продолжаю работу на вверенном мне участке!!!

Субординацию демонстрирует, шельмец. Это правильно.

– Продолжайте, грам-капитан, – снисходительно махнул ладошкой Сварог. Привалился спиной к переборке. Немного рисуясь, достал из воздуха сигарету, прикурил от пальца. И, прищурившись, посмотрел на стоящего перед ними человека в форме высшего офицера гидернийского флота. Посмотрел без гнева и презрения. Как экспериментатор смотрит на препарированную мышь. Подыграл, иными словами, «грам-капитану» Рошалю.

В адмиральском салоне тоже успели навести порядок: трупы высших офицеров, равно как и офицеры плененные, исчезли, следы недавнего побоища были кое-как заметены, теперь у двери остались неподвижно стоять только две пожилые женщины-тоурантки с карабинами наперевес. Караул, надо понимать.

– Где остальные? – спросил Сварог.

– Пленные заперты в кубрике, мастер шторм-капитан, и находятся под охраной. До вашего особого распоряжения. Все, кроме этого, с которым я разговор не закончил… Пока не закончил.

– А вам это надо? – поинтересовался Сварог, с ленцой разглядывая струйку сизого дыма от сигареты. – Может, лучше сразу за борт? Чего время-то терять…

Рошаль равнодушно пожал плечами.

– Можно, конечно, и за борт. Просто хотелось было бы поговорить по душам, узнать что-нибудь интересненькое. Он же парень насквозь непростой, коллега мой, можно сказать. Мало ли секретиков у секретной службы. А вдруг да встретимся с гидернийскими кораблями?..

– Сомнительно. Колдун Гудвин, великий и ужасный, сообщил, что операция по захвату на других посудинах проходит успешно, к рассвету весь флот должен быть нашим.

– Тогда, пожалуй, лучше за борт, – вздохнул старший охранитель. – А что у вас?

– Порядок. – Они обменивались репликами вяло и небрежно, словно находились на загородной прогулке и никого рядом не было. – Мы уже движемся. В открытый океан, прочь отсюда. Слышите?

18